Ода научному мировоззрению

Когда-то, когда моя квартира в силу обстоятельств становилась местом, которое регулярно посещали интересующиеся тайским массажем, среди гостей были в основном вполне приятные ребята и девчата. Но иногда попадались активные приверженцы веганства и сыроеденья.

Лично я не имею никакого мнения об этих практиках. Чего только не бывает на свете. Читая древние даосские трактаты и не такое узнаешь. Пусть все живут, как им нравится.

Но активный приверженец — это особая порода. Это человек, который склонен перевести на пропаганду его идей любой разговор.

При встрече с такими персонажами, я включаюсь в режим «спаси свой народ от захватчиков».


Оффтопик: как-то раз давным-давно мы встретились с бывшими одногруппниками в ресторанчике. Сидели, общались за жизнь, никого не трогали. Вдруг к нашему столу подошёл измёрзшийся на улице юнец. И молвил он: «Извините, что вас отвлекаю. Не хотите ли поговорить о боге?»

Все притихли и замерли в разрыве шаблона. Через несколько секунд что-то во мне включилось и — я уже не помню, что я ему сказал — помню только, что это было тихо, вежливо и цензурно. Через секунду мальчика сдуло обратно в небытие. Было такое чувство, что после этого друзья вышли из разрыва шаблона и продолжили беседы с того места, на котором их поставили на паузу.


Но это были нулевые. Тогда у людей было ещё изрядно социальных комплексов. Теперь новое поколение реформаторов гораздо гораздо раскованнее. И мои доисторические навыки испарять существ в небытие с ними не работают. Они обучены работе с возражениями не хуже кредитных коллекторов.

Короче, не люблю я пропаганду и навязывание мнений. Это претит моему императиву свободы.

Так вышло, что у меня весьма неплохое математическое образование, неплохой опыт разработки софта. И при этом я практикую даосские искусства и методы, которые сторонник «научного мировоззрения» будет рад разнести на щепки.

Но тут давайте подумаем, а что это за «научное мировоззрение» такое.

Научное мировоззрение или научная картина мира, перефразируя википедию — это особый способ понимания мира, основанный на обобщении различных научных теорий.

Научное мировоззрение может меняться. Не сразу, конечно, но по мере обнаружения новых фактов, открытий, выявления ранее неизвестных закономерностей, может стать ясно, что привычное виденье мира должно принять во внимание новые знания и новые теории. И тогда мировоззрение, основанное на всей совокупности научных теорий, меняется.

Человечество появилось не вчера. И в мире существует несколько научных систем, несколько научных мировоззрений. Есть комплекс так называемых европейских наук. Это то, что нам прививали в школе.

Есть другая параллельная совокупность наук, вполне сформировавшаяся ко II в до н. э. на территории Китая.

Наверняка, есть индийская научная система, система американских индейцев. Но индийская система не без потерь претерпела мусульманское завоевание, а американские — европейское завоевание.

Китайская научная система тоже едва не сгинула в горниле опиумных войн, гражданской войны и культурной революции, но, к счастью, сохранилась вне материкового Китая, в первую очередь в Тайване.

Была ещё персидская-арабская научная система, но она легла в основу нашей родной европейской.

Таким образом, научных мировоззрений, научных картин мира столько же, сколько есть научных систем. И лично я неплохо знаком с двумя, пытаясь породить их совместное детище.

Идея, что только научное, причём европейское научное мышление является единственным источником верных, полезных и надёжных знаний — это само по себе ненаучно. Ведь чтобы выявить верность тех или иных взглядов, нужно быть вне этих взглядов и исследовать их со стороны, объективно, разве нет? Оставаясь внутри системы убеждений, мы можем лишь репродуцировать один и тот же сон. Эта идеология, убеждение, вера в превосходство европейской науки носит гордое имя «сциентизм». Эта идеология по сути вычёркивает сотни тысяч лет развития человеческой культуры и как будто бы появилась из ниоткуда, снизойдя эврикой на дремучие головы варваров. Хотя, если вдуматься, эта идеология является очередным продуктом культурной эволюции.

«И это пройдёт».